Леонардо Ди Каприо – 40! Его правила жизни

Сложно и представить себе, что кто-то еще не знаком с творчеством Леонардо Ди Каприо. Как рассказывает сам именинник, в детстве он и не подумывал даже о карьере актера. Даже и мысли не приходило такой в голову. Ну, допустим, Лео, мы поверили!

Пятикратный номинант на премию «Оскар», трижды номинант на премию BAFTA, дважды удостоен премии «Золотой глобус». Наибольшую известность Леонардо Ди Каприо получил благодаря ролям в таких фильмах, как «Что гложет Гилберта Грэйпа», «Ромео + Джульетта», «Дневники баскетболиста», «Титаник», «Пляж», «Банды Нью-Йорка», «Поймай меня, если сможешь», «Авиатор», «Отступники», «Остров проклятых», «Начало», «Великий Гэтсби», «Джанго освобожденный», «Волк с Уолл-стрит». Кстати, по какой-то нелепой случайности актер до сих пор не удостоился «Оскара».

Мало кто об этом помнит, но дебютом в кино Леонардо Ди Каприо стал комедийный фильм ужасов «Зубастики 3».

Правила жизни Леонардо Ди Каприо

Несмотря на то что я родился в Голливуде, до 13 лет я всерьез полагал, что быть актером – это что-то сродни масонству, что-то, что заложено в крови и передается только через гены. Мне почему-то даже не приходило в голову, что можно просто нанять агента и отправиться на пробы.

Мне всегда нравилось отношение моей матери к моему успеху. Помню, что когда я вдруг сделался знаменитым, она каждое утро приходила в мою комнату и говорила: «Выкатывайся из кровати, делай зарядку и прекрати лениться, маленький сонный червяк!»

В отличие от многих актеров, моя судьба не была определена с детства. Я рос в трущобах Голливуда и думал про себя, что вырасту сумасшедшим.

Думаю, меня сложно назвать упорным человеком, но факты говорят обратное. В тот год, когда мне исполнилось пятнадцать лет, я сходил, наверное, на 160 разных прослушиваний и проб, однако не получил ни одной роли.

В школе на меня мало кто обращал внимание. По крайней мере до тех пор, пока от нечего делать я не начал изображать из себя безмозглого идиота с перебитой рукой.

Не люблю школу: там заставляют сосредотачиваться на том, чего ты не хочешь знать.

Куда бы я ни пошел сегодня, люди всюду будут пялиться на меня, выкатив глаза. До сих пор не могу понять, таким образом они показывают, что узнают меня или им просто кажется, что я одет, как пидор.

Радость от славы проходит довольно быстро и ты понимаешь, что главная награда не в том, что тебя вдруг стала узнавать на улице каждая моль, а то, что твои фильмы останутся после твоей смерти.

Последнее, чего бы я хотел – это превратиться в типичного жирного голливудского ублюдка при деньгах. Я рос нищим, и по-настоящему был счастлив именно тогда.

Не думаю, что следует ненавидеть папарацци. Конечно, это вторжение в личную жизнь. Но если меня от чего-то по-настоящему тошнит в голливудских звездах, так это от того, что они могут часами говорить о том, как ненавидят папарацци, однако всегда радуются, когда на фотографиях в желтых журналах они вдруг получаются красавцами с пышной гривой.

Подозреваю, что это довольно трудно – быть одиноким.

То, что иногда показываюсь на вечеринках с друзьями мужского пола, вовсе не означает, что я гей или подумываю о том, чтобы им стать.

Больше всего на свете мне хочется стать безответственным придурком, какими являются многие из моих друзей. Но когда я думаю о последствиях такого поведения, я понимаю, что вряд ли могу себе это позволить.

Я долго размышлял над тем, получится ли у меня сыграть Ромео. Но потом я увидел Киану Ривза в фильме «Много шума из ничего», и решил, что если уж он смог сыграть в шекспировском фильме, то мне вообще не о чем беспокоиться.

Никогда не стану никого отговаривать от наркотиков. Если ты несколько раз подряд говоришь человеку «нет», ты только подталкиваешь его ближе и ближе.

Мне кажется, что главная проблема Америки в том, что она пытается устанавливать свои порядки в тех странах, про которые она абсолютно ничего не знает.

Мне хочется думать, что у документального фильма нет режиссера, потому что его режиссер — Бог.

Африка – это одно из последних мест, где мне до сих пор удается сохранять анонимность.

Самое удивительное, что о проблемах Африки я задумался не после просмотра новостей, а после песен Кани Уэста.

Я довольно много времени провел в Африке и увидел, с какими проблемами там сталкиваются люди. После этого, когда я вернулся домой, я понял, что больше не желаю слышать ни об одной проблеме, которая беспокоит людей моего круга.

Слава — это как универсальный пропуск: куда хочешь, туда и идешь.

Важно помнить: всякий раз, когда ты покупаешь что-то, ты на сто процентов поддерживаешь политику той компании, которая произвела эту вещь.

Мне кажется, самой большой проблемой на сегодня является проблема того, как заставить людей потреблять меньше.

У меня не так много страхов: акулы, пришельцы и глобальное потепление.

В целом, мне нравится, как устроен мир.

Если бы меня спросили, с кем бы я хотел поговорить из тех, кто уже мертв, я бы сказал: с Орсоном Уэллсом в тот момент, когда он делал «Гражданина Кейна». Но журналисты никогда не задают таких вопросов.

Я не понимаю, почему сегодня так мало людей снимают кино. Ведь сейчас любой может купить цифровую камеру и устроить съемочный павильон в гараже.